Российские зарубежные инвестиции разошлись по двум траекториям после 2022 года. Одна — нисходящая: активы в «недружественных» странах национализируются, замораживаются или продаются за бесценок под санкционным давлением. Сотни миллиардов долларов, вложенных в Европу за три десятилетия, превратились в юридические проблемы. Другая — восходящая: атомная стройка по всему незападному миру, газопроводы в Азию, добыча нефти на Ближнем Востоке и в Африке. Две траектории сосуществуют одновременно — и понять, где Россия строит будущее, а где разбирает прошлое, важно как для оценки компаний, так и для понимания долгосрочной геополитической логики.
«Росатом»: глобальная стройка без западных ограничений
«Росатом» — единственная российская госкорпорация, чья зарубежная инвестиционная программа после 2022 года не сжалась, а расширилась. Портфель зарубежных строительных проектов достиг 26 энергоблоков в 10 странах — абсолютный мировой рекорд среди ядерных компаний. Технология ВВЭР-1200 («реактор с водой под давлением») признана одной из наиболее безопасных и экономичных в мире. Зарубежная выручка «Росатома» в 2024 году — $16,5 млрд.
Крупнейший зарубежный проект «Росатома» — и уникальный по структуре: корпорация строит и будет владеть АЭС как собственник, продавая электроэнергию Турции. Первый блок должен быть запущен в конце 2026 года — с задержкой из-за сложностей с поставками оборудования после ухода Siemens Energy. Турция сохранила нейтралитет, что позволяет проекту работать без санкционных осложнений. При полной мощности четырёх блоков АЭС закроет около 10% электропотребления страны.
В ноябре 2025 года Путин и президент Египта Сиси лично участвовали в церемонии установки корпуса реактора первого блока — политический символизм намеренный. Россия финансирует строительство за счёт государственного кредита на сумму около $25 млрд. Переговоры о строительстве АЭС малой мощности для более отдалённых регионов Египта ведутся с сентября 2025-го. Геополитически Египет — ключевая страна арабского мира, и реализация проекта существенно укрепляет российские позиции на Ближнем Востоке и в Африке.
Физический пуск первого блока состоялся 28 апреля 2026 года — загрузка ядерного топлива начата, выдача электроэнергии потребителям ожидается до конца 2026-го. Это будет первая АЭС в истории Бангладеш. Параллельно Бангладеш испытывает платёжные затруднения: рублёвые расчёты сложны, а долларовые ограничены санкциями. Тем не менее «Росатом» продолжает проект — долгосрочные стратегические позиции в Южной Азии важнее краткосрочных платёжных неудобств.
Первые два блока «Куданкулама» выработали более 127 млрд кВт·ч — и доказали надёжность российской технологии в Индии. Пусконаладочные работы на третьем блоке намечены на середину 2026 года, на четвёртом — на 2027-й. «Росатом» предложил Индии ещё шесть блоков большой мощности и малые атомные станции — решение по расширению ожидается в ближайшие годы. Индия — стратегический рынок: энергодефицит растёт, атомная энергетика входит в национальный план.
В 2025 году подписан контракт на строительство ещё двух блоков на площадке Сюйдапу — расширение многолетнего сотрудничества. «Тяньвань» — крупнейший российско-китайский ядерный проект, один из самых продуктивных в мире. Китай принципиально важен: это крупнейший рынок атомной генерации на десятилетия вперёд, и присутствие «Росатома» здесь — стратегический якорь всего азиатского направления.
После референдума 2024 года и народного одобрения строительства первой казахстанской АЭС «Росатом» в июне 2025-го возглавил международный консорциум. Место строительства утверждено в феврале 2025-го, заливка первого бетона началась в августе. Казахстан — дружественная юрисдикция с собственными запасами урана, крупнейшего в мире поставщика. Параллельно «Росатом» ведёт строительство АЭС в Узбекистане (два блока ВВЭР-1000 + два РИТМ-200Н по 55 МВт, первый бетон — март 2026 года).
«Зарубежная выручка "Росатома" составила $16,5 млрд. Корпорация строит 26 энергоблоков в 10 странах, заключила семь новых сделок на поставку урановой продукции с шестью заказчиками из пяти стран.»
— Отчёт «Атомэнергопрома», май 2025
«Газпром»: потеря Европы и ставка на Китай
«Газпром» потерял главный рынок сбыта — европейский. До 2022 года компания обеспечивала до 40% европейского газового потребления. Сейчас доля российского трубопроводного газа в Европе — около 8%. Транзит через Украину прекращён. «Северный поток — 1» выведен из строя, «Северный поток — 2» не запущен. Суммарные инвестиции в два газопровода — около €17 млрд — фактически списаны.
Ключевые показатели зарубежной экспансии «Газпрома»
Поставки по «Силе Сибири — 1» (2025)
38,8 млрд м³
Рост поставок в КНР (2025 г/г)
+24,8%
«Сила Сибири — 2» (проектная мощность)
50 млрд м³/год
Доля РФ в европейском газе (2025)
~8%
«Северный поток — 1» + «СП — 2» (инвестиции)
~€17 млрд убытка
Экспорт в Узбекистан, КЗ, Кыргызстан (2025)
+22,2% г/г
В сентябре 2025 года «Газпром» и китайская CNPC подписали юридически обязывающий меморандум о строительстве «Силы Сибири — 2» и транзитного газопровода через Монголию «Союз — Восток». Мощность — до 50 млрд м³ в год, сопоставимо с «Северным потоком — 1». В мае 2026-го контракт парафирован, строительство планируется начать в 2027 году. Для «Газпрома» это спасательный круг: без нового китайского контракта компания теряет экономический смысл существования как экспортного игрока. Переговоры шли тяжело — Китай выбивал максимальные ценовые уступки. Оценка Альфа-Инвестиций: дополнительная выручка от проекта составит около $1 млрд в год при текущем курсе — несопоставимо с потерями европейского рынка.
«Роснефть»: удерживать Индию, терять Европу
«Роснефть» одновременно управляет двумя принципиально разными зарубежными стратегиями. В Индии — удерживает крупнейшую единичную российскую зарубежную инвестицию. В Европе — остаётся акционером немецких НПЗ в условиях враждебной регуляторной среды.
Крупнейшая российская зарубежная инвестиция. НПЗ «Вадинар» — второй по мощности в Индии, индекс сложности по Нельсону 11,8 (топ-10 в мире), порт на 58 млн тонн пропускной способности. В июле 2025-го ЕС включил Nayara Energy в санкционный список — Саудовская Аравия и Ирак немедленно приостановили поставки нефти. «Роснефть» оспаривает статус контролирующего акционера (доля менее 50%). Индийский рынок адаптировался: НПЗ продолжает работу, переориентировав часть закупок. Индийские переработчики российской нефти зарабатывают $8–9 на каждом барреле против среднемировых $3–4 — стимул работать с российским сырьём сохраняется.
«Роснефть» — третья по мощности нефтепереработки в Германии. НПЗ в Шведте (54,17% доли «Роснефти») исторически работал на нефти марки Urals по трубопроводу «Дружба». После 2022 года немецкие власти передали завод под управление Федерального сетевого агентства (Bundesnetzagentur). «Роснефть» де-факто лишилась операционного контроля, продолжая формально оставаться акционером. Оба актива — замороженный спор: продать по рыночной цене невозможно, получить доходность — тоже.
«Лукойл»: распродажа под давлением, сохранение в Азии
«Лукойл» — наиболее геополитически уязвимый из российских нефтяных мейджоров с точки зрения зарубежных активов. Компания накопила широкий международный портфель в нейтральных странах — Ирак, Узбекистан, Африка, — но под санкционным давлением США вынуждена продавать. В январе 2026-го стало известно о продаже большей части зарубежных активов инвестиционному фонду Carlyle.
Западная Курна — 2 (Ирак)
480 тыс. б/с
Крупнейшее инвестиционное месторождение «Лукойла» в Ираке. Доля — 75%. Под санкциями США — правительству Ирака требуются американские лицензии для продолжения работы с «Лукойлом».
НПЗ Neftohim (Болгария)
190 тыс. б/с
Крупнейший НПЗ Болгарии и Балканского региона. «Лукойл» стремится продать, Болгария колеблется — завод критичен для местной экономики.
Узбекистан (Кандым, Гиссар)
Дружественная юрисдикция
Газовые проекты с долей до 90% — рентабельны, в дружественной юрисдикции, получили санкционные исключения от США и Великобритании. Остаются в портфеле после сделки с Carlyle.
Сделка с Carlyle (январь 2026)
Продажа большей части
Инвесткомпания Carlyle покупает большинство зарубежных активов «Лукойла», за исключением Казахстана. Рыночная цена продажи — неизвестна, но аналитики полагают, что дисконт значительный.
Помимо основных активов, «Лукойл» управляет проектами в Африке: Marine XII в Конго (25%), глубоководный блок в Гане, месторождения в Египте, Камеруне, Нигерии. Пять процентов доли в концессии Ghasha (ОАЭ) с консорциумом, включающим ADNOC, — нейтральный и перспективный актив. В Мексике работают совместные с Eni проекты на нескольких шельфовых блоках. Африканское и мексиканское присутствие — потенциально продаваемые активы в рамках санкционного урегулирования.
Ключевые риски зарубежных инвестиций
Критичный
Вторичные санкции: нейтральные страны под давлением
Главный системный риск всех российских зарубежных инвестиций — угроза вторичных санкций для принимающих стран. История с Nayara Energy показательна: ЕС ввёл санкции против НПЗ, Саудовская Аравия и Ирак немедленно приостановили поставки, опасаясь вторичных ограничений. Страны с российскими инвестициями в атоме (Египет, Бангладеш, Казахстан) сталкиваются с аналогичным давлением — особенно при расчётах за строительство в долларах или евро. «Росатом» нашёл частичный выход через расчёты в рублях и национальных валютах, но полного решения нет.
Критичный
Потеря технологических партнёров и оборудования
Западные технологические партнёры ушли. Siemens Energy не поставила оборудование для «Аккую» — «Росатом» заменяет его российскими аналогами, что создаёт задержки (первый блок перенесён на 2026-й). Роснефть в Германии потеряла доступ к западному инжинирингу для модернизации НПЗ. «Газпром» лишился западных партнёров по СПГ-проектам. Импортозамещение в высокотехнологичном оборудовании — ядерные турбины, компрессоры, электроника — идёт с трудом и задержками.
Значимый
Принудительные продажи ниже рыночной цены
«Лукойл» вынужден продавать зарубежные активы в условиях ограниченного круга покупателей: западные фонды не могут покупать, азиатские не хотят брать санкционный риск. Carlyle — одно из немногих исключений, воспользовавшееся ситуацией. Дисконт к справедливой стоимости при санкционных продажах составляет, по оценкам, 30–60%. Аналогичная ситуация — у «Газпрома» с европейскими активами: НПЗ Wintershall, доли в добыче в Норвегии и других странах.
Значимый
«Газпром»: китайская ценовая ловушка
«Сила Сибири — 2» — стратегическая необходимость для «Газпрома», но переговоры шли несколько лет именно потому, что Китай выбивал максимальные ценовые уступки. Оценки аналитиков: дополнительная выручка составит около $1 млрд в год — несопоставимо с объёмами потерянного европейского рынка. При этом «Газпром» попадает в долгосрочную зависимость от единственного крупного покупателя. Диверсификация (Средняя Азия, Иран, Турция) принципиально не меняет структуру: Китай будет получать 70–80% газового экспорта.
Управляемый
«Росатом»: платёжные трудности принимающих стран
Бангладеш, Египет, ряд африканских стран испытывают сложности с обслуживанием российских кредитов на строительство АЭС. Россия реструктурирует графики платежей и переходит на расчёты в национальных валютах и рублях. Это управляемый риск — «Росатом» принципиально не уходит из проектов из-за платёжных задержек, делая ставку на долгосрочное политическое присутствие. Новая позиция: строить не только за деньги, но и за геополитическое влияние.
Африка и новые рынки: «Росатом» как первопроходец
В августе 2026 года «Росатом» договорился о строительстве АЭС в Руанде — очередном новом рынке. Параллельно «Росатом» планирует строительство четырёх плавучих АЭС к 2042 году. Стратегия на новых рынках принципиально отличается от азиатской: это не просто поставка технологий, а создание зависимости через кредиты, топливо, обучение персонала и сервис на десятилетия вперёд. Каждая построенная АЭС — 60 лет обслуживания и поставок ядерного топлива. В этом смысле атомная дипломатия «Росатома» — самая долгосрочная инвестиционная стратегия из всех российских корпораций.
Позиция Kotana
Мы сопровождаем трансграничные M&A-сделки российских компаний в Азии и на Ближнем Востоке: структурирование выходов из санкционно-сложных активов, поиск покупателей из нейтральных юрисдикций, оценка зарубежных активов в условиях ограниченной ликвидности. Зарубежные российские инвестиции 2025–2026 годов — рынок покупателя: тот, кто готов взять санкционный риск, получает активы с существенным дисконтом к справедливой стоимости.
Итог: двойная карта — строить на Востоке, терять на Западе
Российские зарубежные инвестиции 2025–2026 годов — это одновременно история успеха и история потерь. «Росатом» строит 26 энергоблоков, выходит в Африку, осваивает новые страны — и при этом практически не сталкивается со структурными ограничениями: атомная технология остаётся востребованной, и санкционное давление на принимающие страны менее критично, чем в нефтяных проектах. Это лучший зарубежный инвестиционный кейс России 2020-х годов.
«Газпром», «Роснефть» и «Лукойл» — под разным давлением, но с общим знаменателем: активы на Западе — проблема или потеря, активы в нейтральных юрисдикциях — работающий бизнес под угрозой. Принудительные продажи дисконтируют десятилетия инвестиций. Новые проекты — «Сила Сибири — 2», расширение добычи в Ираке и Африке — строятся в условиях, когда переговорная сила смещена к принимающей стороне.
Для инвестора, оценивающего российские публичные компании, вывод практический: зарубежные активы в нейтральных странах — ценность, которую рынок недооценивает. Зарубежные активы в Европе — скрытые убытки, которые ещё не в полной мере отражены в оценке. «Росатом» как инвестиционный кейс — закрытая госкорпорация, но его зарубежная выручка формирует 40%+ совокупных доходов. Следить за атомным портфелем — значит понимать одну из ключевых геополитических ставок России на следующие 30 лет.